В период радикальной технологической трансформации, климатических изменений, усиливающих конкуренцию за воду, продовольствие, энергию и критически важные полезные ископаемые, а главное, в условиях Второго демографического перехода, когда людей на планете рождается мало, а живущие стремительно стареют, человеческий капитал оказывается важнейшим стратегическим ресурсом.
Ни нефть, ни газ, ни редкоземельные металлы сами по себе больше не гарантируют государствам лидерства. Для него нужна способность превращать знания в технологии, технологии – в инновации, а инновации – в экономический рост. То есть, говоря словами античного философа Протагора, не думавшего, правда, в V веке до н. э. о наших проблемах, «человек есть мера всех вещей» или, вернее, «мера всего развития». Инвестиции в образование, здравоохранение, научные исследования и профессиональную подготовку – это сегодня инструменты экономической и геополитической стратегии, а отнюдь не элементы социальной политики. BRICS Business Magazine анализирует, каким человеческим капиталом обладают страны БРИКС и какие стратегии используют для его сохранения и наращивания.
После вступления Индонезии в БРИКС в блоке оказались три из четырех самых населенных стран мира – Индия, Китай и Индонезия. Сегодня на БРИКС приходится более 40% населения Земли – свыше 3,8 млрд человек. Однако демографический масштаб сам по себе не гарантирует успеха. Человеческий капитал – это совокупность знаний, навыков, здоровья, образования, профессионального опыта и творческого потенциала населения. Ключевой вопрос заключается в том, как превратить людей как таковых в эффективный человеческий ресурс.
По прогнозам ООН, Индия еще несколько десятилетий будет оставаться одной из самых молодых крупных экономик мира. Это дает ей демографическое окно возможностей – период, когда особенно велика доля людей трудоспособного возраста. Однако в индийских стратегических документах молодое население рассматривается не как автоматическое преимущество, а как задача экономической политики. Как превратить миллионы молодых людей в квалифицированных специалистов, способных работать в экономике будущего? Как стать кузницей кадров для всего мира?
Ответ дается на нескольких уровнях. Национальная программа правительства Индии Skill India Mission, запущенная еще в 2015 году для повышения квалификации рабочей силы, развивает систему профессионального образования и переобучения. В 2020 году в стране также была принята National Education Policy, инициировавшая первую крупную реформу системы образования за более чем 30 лет. Новая стратегия делает высшее образование более гибким: студент может менять образовательную траекторию, получать промежуточные квалификации и позже возвращаться к обучению через систему Academic Bank of Credits, где сохраняются уже освоенные курсы и образовательные достижения, что позволяет перейти от принципа «один университет – один диплом» к модели lifelong learning.
Одновременно Индия укрепляет исследовательские вузы. IIT Delhi, IIT Bombay, IIT Madras и Indian Institute of Science регулярно входят в число лучших университетов Азии и становятся центрами инженерного образования, исследований и технологического предпринимательства. Вокруг них формируются лаборатории, стартапы и международные исследовательские проекты. Дополняет эту систему программа GIAN (Global Initiative of Academic Networks), которая приглашает ведущих зарубежных ученых читать курсы, работать со студентами и запускать совместные исследования в индийских университетах.
Особенно заметен этот подход в цифровой экономике. По оценке индийской отраслевой ассоциации NASSCOM и международной консалтинговой компании Boston Consulting Group, уже к 2027 году рынок искусственного интеллекта в Индии достигнет 17 млрд долларов, а число специалистов в этой сфере продолжает быстро расти. Для крупнейших IT-компаний это означает, что обучение перестает заканчиваться с получением диплома: сотрудников приходится постоянно переобучать по мере развития технологий.
Между тем демографическое преимущество и даже образовательная гибкость не гарантируют успеха сами по себе. Всемирный банк и индийские исследователи обращают внимание на нехватку качественных рабочих мест, различия в уровне образования между регионами и сравнительно низкое участие женщин в экономике. Поэтому молодое население остается скорее возможностью, чем готовым экономическим ресурсом. Чтобы эта возможность реализовалась в полной мере, образование, профессиональная подготовка и рынок труда должны работать как единая система.
Долгое время главным конкурентным преимуществом Китая считались огромные трудовые ресурсы. Однако их значение определялось не только численностью населения. Уже в первые десятилетия после образования КНР государство последовательно инвестировало в человеческий капитал: расширяло доступ к базовому образованию и медицинской помощи, а позднее практически полностью охватило население системой медицинского страхования. К 2010 году три государственные программы страхования (UEBMI, NCMS и URBMI) обеспечивали медицинской защитой более 95% жителей страны. В результате ожидаемая продолжительность жизни и общий уровень здоровья населения приблизились к показателям развитых стран, а Китай получил многочисленную и относительно здоровую рабочую силу, ставшую одной из основ его промышленного роста.
Сегодня ситуация меняется. В 2022 году КНР впервые за более чем 60 лет зафиксировала уменьшение численности населения при увеличении доли пожилых людей. По прогнозам ООН, эта тенденция сохранится на протяжении всего XXI века. Поэтому в центре китайской стратегии оказывается уже не количество работников, а их производительность. Образование, научные исследования и технологии рассматриваются как главный способ поддерживать экономический рост в новой демографической реальности. Показательно, что подготовка к демографическим вызовам началась задолго до нынешнего этапа. Еще в 1990-е годы Китай запустил программы Project 211 и Project 985, направив многомиллиардные инвестиции на создание университетов мирового уровня и связанных с ними исследовательских центров и технологических парков. Одновременно государство ежегодно отправляло за рубеж более 100 тыс. студентов и развивало программы возвращения ученых – прежде всего Thousand Talents Program и Changjiang Scholars, чтобы, отучившись, лучшие специалисты приносили свои знания и навыки в китайские университеты и научные центры.
Сегодня одним из главных инструментов этой политики стала программа Double First-Class, направленная на дальнейшее развитие образовательных институций мирового уровня. Такие университеты, как Цинхуа, Пекинский и Чжэцзянский, сегодня входят в число лучших вузов Азии и занимают высокие позиции в международных рейтингах. Однако сами рейтинги здесь не являются самоцелью. Эти университеты становятся центрами, где соединяются образование, фундаментальная наука и высокотехнологичная промышленность. Так, выпускники Цинхуа работают в Huawei, Tencent, BYD и других крупнейших технологических компаниях страны, а исследовательские лаборатории университета участвуют в проектах по искусственному интеллекту, микроэлектронике и новым материалам. Аналогичную роль играют Пекинский университет и Китайская академия наук, остающиеся одними из крупнейших научных центров мира по версии Nature Index. Эта связь между университетами и промышленностью прослеживается и в государственной политике. Министерство образования расширяет подготовку специалистов по искусственному интеллекту, полупроводникам, робототехнике и новым источникам энергии – в тех областях, которые Китай считает ключевыми для будущего экономического роста.
Изменилось и отношение к старению населения. Если раньше оно воспринималось главным образом как нагрузка на социальную систему, то сегодня становится стимулом для строительства новой экономической модели. В 2024 году Госсовет КНР утвердил первый национальный план развития «серебряной экономики». Он включает не только медицинский уход, но и телемедицину, «умные» дома, сервисных роботов, образование, культурные проекты и программы, позволяющие людям дольше сохранять профессиональную активность.
Для большинства стран человеческий капитал – это прежде всего собственные граждане. У ОАЭ другой подход. Страна с небольшим населением рассматривает квалифицированных специалистов со всего мира как ресурс, за который можно и нужно конкурировать. И ей это удается: по данным INSEAD Global Talent Competitiveness Index, ОАЭ уже несколько лет одни из мировых лидеров по способности привлекать и удерживать квалифицированных специалистов.
Речь не только об образовании, но и о создании среды, в которой исследователи, инженеры, врачи, предприниматели и т. д. захотят жить и работать долгие годы. Наиболее известный инструмент этой политики – Golden Visa, которая позволяет высококвалифицированным и уникальным кадрам получить долгосрочный вид на жительство без привязки к одному работодателю и переехать вместе с семьей. Это дает возможность строить карьеру и планировать жизнь в стране на годы вперед. Но сама по себе миграционная программа ничего бы не изменила, если бы за ней не стояла развитая исследовательская и деловая инфраструктура. В Абу-Даби работают New York University Abu Dhabi и Mohamed bin Zayed University of Artificial Intelligence (MBZUAI) – первый в мире университет, полностью посвященный искусственному интеллекту. В Дубае расположен Dubai International Academic City, где открыли кампусы десятки зарубежных университетов. Вместе они образуют международную образовательную среду, в которой учатся и работают представители более чем 150 стран. После университета специалисту необязательно искать возможности для реализации за рубежом. В Абу-Даби действует технологический хаб Hub71, а в Дубае – Dubai Internet City и Dubai Future District, объединяющие стартапы, международные компании, инвесторов и исследовательские центры. Университет, лаборатория и бизнес здесь становятся частью одной экосистемы.
Для человека, который переезжает в страну вместе с семьей, значение имеют не только работа и зарплата: международные школы, современные клиники, безопасная городская среда, удобный транспорт и цифровые государственные сервисы становятся частью той же стратегии привлечения талантов. Через платформу UAE PASS большинство государственных услуг можно получить онлайн, а такие проекты, как Dubai Healthcare City и Cleveland Clinic Abu Dhabi, делают медицинскую инфраструктуру частью конкурентного преимущества страны.
Если Индия использует демографическое окно возможностей, Китай отвечает на вызовы старения населения, а ОАЭ конкурируют за мировые таланты, то Россия опирается на другой ресурс – сильную научную и инженерную школу. Главный вопрос здесь не столько в создании новой системы, сколько в том, как сохранить и развить накопленный интеллектуальный потенциал.
Российское образование по-прежнему особенно сильно в областях, где решающее значение имеет фундаментальная подготовка. МФТИ, МГУ имени М. В. Ломоносова, ИТМО, МГТУ имени Н. Э. Баумана, МИФИ и Новосибирский государственный университет регулярно входят в международные предметные рейтинги по математике, физике, компьютерным наукам и инженерии. Российские школьники и студенты также остаются среди мировых лидеров на международных олимпиадах по математике, физике, информатике и чемпионате по спортивному программированию ICPC. Для крупных технологических компаний такие соревнования давно стали одним из главных способов поиска будущих инженеров. Эта система складывалась десятилетиями. Специализированные физико-математические школы, олимпиады, раннее вовлечение студентов в исследования и тесные связи университетов с академическими институтами создали среду, в которой научные школы передают знания от поколения к поколению.
Рядом с этой традицией формируются новые исследовательские экосистемы. Один из самых известных примеров – Сколтех, созданный как исследовательский университет международного типа. Вместе с инновационным центром «Сколково» он объединяет университетские лаборатории, стартапы, индустриальных партнеров и венчурных инвесторов. Здесь развиваются проекты в области искусственного интеллекта, новых материалов, биомедицины, квантовых технологий и энергетики. По сути, это попытка приблизить российскую модель взаимодействия науки и бизнеса к тем экосистемам, которые уже есть в Китае и ОАЭ.
Воспроизводство научных кадров становится одной из главных задач. Аналитики Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ отмечают, что для российской науки все большее значение приобретают обновление исследовательской инфраструктуры, привлечение молодых ученых и создание долгосрочных карьерных возможностей. Иными словами, сегодня важно не только подготовить талантливого исследователя, но и дать ему возможность строить научную карьеру внутри страны.
Российский опыт показывает еще одну грань человеческого капитала: его невозможно быстро создать административными решениями. Научные школы формируются десятилетиями, но требуют постоянного обновления: современного оборудования, сотрудничества с промышленностью и условий, в которых новые поколения исследователей смогут продолжить работу своих предшественников.
Для Бразилии главный вопрос в том, чтобы как можно больше людей получили шанс реализовать свой потенциал. Поэтому разговор о человеческом капитале начинается тут не с образования, а с медицины: здоровье ребенка рассматривается как инвестиция в его будущую способность учиться и работать.
Одна из самых известных программ страны – Bolsa Família – связывает государственную поддержку семей с посещением школы детьми и регулярными медицинскими осмотрами. Исследование, опубликованное в The Lancet Public Health, показало, что за два десятилетия программа помогла существенно снизить детскую смертность и число госпитализаций среди наиболее уязвимых групп населения. Еще один важный элемент – государственная система здравоохранения SUS, которая обеспечивает бесплатную медицинскую помощь практически всему населению страны. Одновременно Бразилия расширяет сеть федеральных институтов профессионального образования (Institutos Federais), где школьники и молодые специалисты могут получить прикладные технические профессии, востребованные в промышленности и сфере услуг.
Южная Африка остается одной из самых молодых стран БРИКС, однако уровень безработицы среди молодежи превышает 60%. Поэтому в центре государственной политики – обеспечение перехода от образования к первой работе. Развиваются колледжи технического и профессионального образования (TVET), программы стажировок и партнерства между работодателями и учебными заведениями. Одним из ключевых инструментов стала президентская инициатива Presidential Youth Employment Initiative, которая помогает выпускникам получить первый опыт работы и облегчает переход от учебы к занятости.
Индонезия связывает развитие человеческого капитала с промышленной модернизацией. В рамках стратегии Making Indonesia 4.0 страна развивает переработку никеля, производство аккумуляторов, цифровые технологии и одновременно перестраивает систему подготовки кадров для новых отраслей. Университеты и колледжи становятся частью промышленной политики: без инженеров, специалистов по автоматизации и цифровым технологиям переход к более сложному производству невозможен. Особое внимание уделяется политехническим колледжам и программам Link and Match, которые разрабатываются совместно с работодателями, чтобы учебные программы соответствовали реальным потребностям предприятий.
Для Египта и Эфиопии человеческий капитал начинается с задачи обеспечить быстрорастущее население образованием и работой. В Египте эта политика стала частью стратегии Egypt Vision 2030, в рамках которой создается сеть технологических университетов. Новые вузы ориентированы прежде всего на прикладную инженерию, информационные технологии и промышленное производство, а обучение строится в сотрудничестве с предприятиями. В Эфиопии развитие человеческого капитала связано с программой Homegrown Economic Reform, которая объединяет профессиональное образование, индустриальные парки и создание рабочих мест для молодежи. Так, индустриальный парк Hawassa стал площадкой, где подготовка кадров ведется одновременно с привлечением иностранных производственных компаний.
Несмотря на санкции и ограничения международного сотрудничества, Иран сохраняет сильные позиции в инженерном образовании и фундаментальной науке. Sharif University of Technology и University of Tehran остаются ведущими университетами региона, а страна входит в число мировых лидеров по количеству научных публикаций в ряде инженерных направлений. Особенно заметны результаты в материаловедении, химической инженерии, нанотехнологиях и математике. Большая проблема – эмиграция молодых специалистов. Поэтому вопросы человеческого капитала здесь все чаще связываются не только с качеством образования, но и с условиями, в которых выпускники смогут строить научную и профессиональную карьеру.
Опыт стран БРИКС показывает, что универсальной модели развития человеческого капитала не существует. Каждое государство отвечает на собственные демографические, экономические и социальные вызовы: Индия использует молодость населения, Китай ищет новые источники производительности в условиях старения, ОАЭ конкурируют за таланты, Россия опирается на научные школы, а Бразилия начинает формировать человеческий капитал с детства.
Различия между этими моделями не отменяют общей тенденции. Человеческий капитал все реже сводится только к образованию. Все большее значение приобретают здоровье, научная среда, возможность непрерывного обучения, связь университетов с экономикой и условия, в которых человек может реализовать свои знания. Поэтому инвестиции в людей постепенно становятся не отдельным направлением социальной политики, а одним из главных факторов долгосрочного развития экономики.
