Свой человек из Камеруна

Владимир Волков

Width 250px img 7368 ru fmt

Проработав добрый десяток лет в Центральной Африке, Михаил Солодовский убежден: сделать успешный бизнес на Черном континенте можно, только до тонкостей понимая местные реалии и менталитет. Если это не о вас, он готов взять на себя роль вашего лоцмана.

Входя с двадцатиградусного московского мороза под крышу исторического особняка, расположившегося в шаговой доступности от Кремля, скорее ждешь чашки горячего чая, чем рассказов о вечной мерзлоте. Однако хозяин кабинета Михаил Солодовский – импозантный шестидесятилетний мужчина с благородной седой шевелюрой, одетый не без молодежного шика (красный вязаный пуловер, коричневый пиджак в мелкую клетку и синие джинсы), – начинает с того, что выкладывает на глянец рабочего стола презентацию нового проекта города-сада в Заполярье. Речь идет о новом ультрасовременном многоуровневом комплексе из стекла и металла, чьему футуристическому дизайну позавидовал бы сам Норман Фостер. Уже скоро он будет построен в столице российских газовиков Салехарде, который, к слову, некогда был местом ссылки каторжных. Рукой, на безымянном пальце которой красуется крупный золотой перстень, Солодовский листает красочный альбом с эскизами росписи и убранства храма Преображения Гос­подня – одной из будущих высотных и смысловых доминант всей застройки. «По размеру он будет уступать только московскому храму Христа Спасителя. Сейчас выбираем эскизы икон на колокола», – информирует он.

Солодовский – руководитель проектов одной из российских компаний, участвующих в курируемой Газпромом программе комплексного освоения ресурсной базы Ямала. В числе прочего она выступала подрядчиком строительства самой северной в мире железной дороги протяженностью 572 км на заполярном полуострове, сооружение которой началось еще в середине 1980-х. В начале 2010-го ее ветку удалось довести до Бованенкова. В октябре прошлого года расположенное здесь гигантское газовое мес­торождение с запасами под 5 трлн кубомет­ров было официально пущено в эксплуатацию в присутствии президента Путина. Добываемое здесь топливо – в перспективе до 140 млрд кубометров в год – будет направляться в единую газораспределительную сеть по специально выстроенному для этого магистральному трубопроводу. Само собой, самому северному на нашей планете. Добавьте к этому новый аэропорт со взлетно-посадочной полосой длиной 2,6 км, а также заложенный в июле заполярный порт Сабетта, откуда наладят экспорт сжиженного природного газа, и картина трудового подвига строителей Севера будет налицо. «Ни одна страна в мире ничего не строила в арк­тических широтах. Сегодня Россия реально показала, что ей нет равных в Арктике», – констатировал в день бованенковского триумфа руководитель Газпрома Алексей Миллер.

В целом Солодовский разделяет эту патетику, но одновременно был бы не прочь демонстрировать примеры трудовой доблести не только на Крайнем Севере, но и в более южных широтах. А именно в Центральной Африке, где он проработал долгие годы в качестве руководителя проектов и консультанта, строил дороги, жилье и даже аэропорт. Именно здесь, как он склонен считать, он смог бы по полной реализовать приобретенные за это время уникальный опыт и бесценные связи.

Аналитики ЦРУ констатируют: «Деловой климат Камеруна – один из худших в мире – не способствует притоку частных инвестиций». Это утверждение, настаивает Солодовский, совершенно не соответствует действительности

Так действует тамтам

Большая часть африканской одиссеи Солодовского прошла в Камеруне, куда он попал по чистой случайности в начале 1990-х. «Подруга моей жены вышла замуж за камерунца – студента Института дружбы народов – и уехала с ним на его родину. Мы созванивались, а однажды я поехал их навестить. С этого все и началось», – рассказывает он.

Во время учебы в Москве Жан-Мари (так звали студента, впоследствии ставшего министром в своей стране) ездил на красном Porsche, припоминает Солодовский забавную историю. Эта машина, как он недавно случайно узнал из газет, несколько лет назад оказалась в гараже у одного из известных российских олигархов. «Когда я рассказал об этом Жану-Мари, тот очень смеялся. К слову, у нас училось огромное количество африканцев, многие из которых стали в своих странах весьма высокопоставленными чиновниками. Это уникальный ресурс, которым Россия сегодня почти не пользуется», – замечает он.

Самому Солодовскому, который также работает экспертом Государственной думы по экономическим связям со странами центральноафриканского региона и просит именовать себя в печати специалистом по Африке, познание этого нового для него мира далось не сразу и не обошлось без трагикомичных коллизий. Одна из них произошла во время его путешествия с Жаном-Мари по заповедным для белого человека окраинам Камеруна, во время которого он на собственном опыте убедился, насколько важно разбираться в местных обычаях, если не хочешь попасть в переплет. На экране своего iPhone Солодовский показывает фотографию огромного дерева с раскидистой кроной, спрашивая, замечаю ли я в ней что-нибудь. На мой отрицательный ответ он призывает: «Смотрите внимательнее, ведь от этого могла бы зависеть ваша жизнь». Поинтриговав мгновение, он объясняет: в ветвях прячется вооруженный копьем человек. Он засел здесь, чтобы добыть человеческую голову, которую по обычаям своего племени он должен был преподнести родителям своей невесты и сделать с ее помощью официальное предложение.

Дело обстояло так: они с Жаном-Мари направлялись в одну предгорную деревушку по тропинке мимо того самого дерева. «Внезапно он резко меня осадил и начал оглядываться по сторонам. Затем взгляд его остановился на дереве, с которым он начал разговаривать. А дерево ему отвечало», – улыбается Солодовский. Через несколько минут вызванный на разговор африканец покинул свое убежище, спустившись вниз. «Он оказался очень обаятельным и доброжелательным парнем с ослепительной белоснежной улыбкой, который не имел ничего лично против нас. Но он был в безвыходном положении: ему надо жениться, а для этого нужна чья-то голова». Убить человека просто так по местным понятиям чести он не мог, поясняет Солодовский, а посему аккурат возле дерева провел палкой черту поперек тропинки: переступив ее, любой дал бы ему достаточный повод, чтобы он без зазрения совести пустил свое оружие в ход. Эту-то черту по счастью и заметил многоопытный Жан-Мари, вовремя удержав своего спутника от рокового шага.

До появления китайцев алмазы весом менее одного карата в Камеруне не имели цены. То есть буквально – не стоили ничего, поскольку никого здесь не интересовали. Сегодня выходцы из Поднебесной скупают эти камни килограммами

Незнание местных законов – формальных и неформальных – не освобождает от ответственности и бизнес, рассуждает эксперт, хотя вероятные последствия таких ошибок, разумеется, не столь кровавы. По этому поводу Солодовский рассказывает еще одну историю. Одна из французских компаний, построившая на окраине местного города новый супермаркет, долго не могла понять, почему местные жители старательно обходят его стороной. Впоследствии выяснилось, что, затевая строительство, французы допустили непростительный промах: уладив все необходимые формальности с муниципальными властями, они не удосужились заручиться поддержкой вождя местного племени, на чьей земле был выстроен магазин. «Только после того как они сходили к вождю на поклон, все сразу наладилось: в магазин хлынул народ. Так действует тамтам», – поясняет Солодовский.

Другая история в том же духе: жена одного из местных высокопоставленных чиновников – француженка по происхождению – однажды недостаточно почтительно отнеслась к вождю племени, к которому принадлежал ее супруг. «В наказание вождь приказал тому встать на колени прямо посреди пыльного перекрестка, и тот как был – в белом костюме – простоял в этой позе целый день. Ведь даже будучи членом правительства, он остается в полном подчинении вождя до конца своих дней. Можете себе представить, каково пришлось после этого его супруге. Но то же самое могло бы произойти и с любой компанией. Таких нюансов здесь множество, и не учитывать их нельзя», – отмечает эксперт.

Оберегать своих клиентов от подобных неприятных историй – разумеется, лишь часть работы Солодовского в качестве консультанта в Африке. Несколько лет назад ему пришлось вернуться в Россию: в Камеруне он закончил очередной проект, а в Москве как раз в это время ему сделали интересное предложение по работе, – но он по-прежнему продолжает регулярно наезжать в Центральную Африку по делам. «Вес­ти переговоры о бизнесе с африканцами по телефону или электронной почте невозможно. Надо знать местный менталитет. Они считают, что если вы не можете прилететь, чтобы обсудить вопросы лично, то тогда о чем с вами вообще разговаривать?» – поясняет он.


В целом же Солодовский видит свою миссию в качестве консультанта в том, чтобы создать режим наибольшего благоприятствования компаниям и бизнесменам, желающим работать в Камеруне и других странах центральноафриканского региона. Себя же – в качестве свое­образного проводника, способного открыть двери в нужные кабинеты для своих клиентов. «Очень многие из тех, кто хочет начать здесь свой бизнес, не могут этого сделать или со временем его теряют. Здесь очень многое надо понимать, а для этого нужен лоцман», – замечает он.

Характерно, что до сих пор клиентами Солодовского в Камеруне были только иностранные компании и представительства: российские бизнесмены к его услугам еще не обращались, предпочитая, если придется, действовать самостоятельно. Пока без особого успеха. Так, рассказывает Солодовский, несколько лет назад сюда – сразу на двух самолетах – прилетало руководство одной из ведущих российских нефтяных компаний (он просит не называть ее в печати). Однако дальше чиновников средней руки их попросту не пустили.

Сам же Солодовский никакого другого бизнеса в этой стране от своего имени не ведет принципиально. «Я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Скажем, я мало понимаю в выращивании какао-бобов или добыче алмазов, но могу помочь в получении лицензии на их экспорт профильным компаниям», – объясняет он свое кредо. При этом особо подчеркивает, что действует исключительно в рамках законодательства этой страны.

Инвестиционный климат

Последняя ремарка не лишена значения, учитывая множество стереотипов в отношении африканских стран южнее Сахары, которые нередко воспринимаются как территория «вне закона» с запредельным – «африканским» – уровнем коррупции. Воду на ту же мельницу льют и международные организации, спонсируемые западными правительствами, такие как Transparency International. В частности, в подготовленном ею рейтинге восприятия коррупции за 2012 год Камерун оказался на 144-м месте. К слову, Россия ушла здесь ненамного дальше: 133-е место.

В свою очередь, эксперты ЦРУ в своей аналитической записке на CIA World Factbook отмечают «эндемическую коррупцию» в числе главных слабостей экономического развития Камеруна наряду со значительным неравенством распределения доходов среди местного населения, чрезмерным удельным весом государственного сектора и в целом неблагоприятным климатом для ведения бизнеса. При этом в ЦРУ признают, что в 1990-х камерунское правительство приступило к реформам. В частности, под нажимом МВФ и Всемирного банка запустило несколько программ, нацеленных на повышение эффективности в сельскохозяйственном секторе (где занято около 70% местного населения), рекапитализацию банков, улучшение условий для торговли и инвестиций. Так, летом 2012-го Камерун, декларирующий цель превращения в крупного производителя и экспортера алмазов, официально присоединился к процессу их сертификации в рамках Кимберлийского процесса, что подхлестнуло интерес иностранных инвесторов к этому сектору. В частности, в марте того же года к разработке местного месторождения алмазов Мобилонг приступила компания C&K Mining Inc., совместное предприятие правительств Камеруна и Южной Кореи. Так или иначе, не унимаются аналитики американской разведки, запуск крупных проектов потребует длительного времени. И констатируют: «Деловой же климат Камеруна – один из худших в мире – не способствует притоку частных инвестиций».

Последнее утверждение, настаивает Солодовский, совершенно не соответствует действительности. По его наблюдениям, сегодня Камерун переживает настоящий инвестиционный бум, а конкуренция за право вкладывать здесь свои деньги обостряется на глазах. Причем именно США сегодня активно теснят на местном рынке французский бизнес, исторически доминировавший в этой стране и до сих пор контролирующий важнейшие отрасли ее экономики: добычу и переработку углеводородов, телекоммуникации и банковский сектор. «Если раньше в Африке соблюдалось негласное разделение влияния и американцы в Камерун не лезли, то в последнее время они перестали церемониться с французами – после того как те отказались поддержать их в Ираке», – поясняет эксперт.

Вести переговоры о бизнесе с африканцами по телефону или электронной почте невозможно. Надо знать местный менталитет. Они считают, что если вы не можете прилететь, чтобы обсудить вопросы лично, то тогда о чем с вами вообще разговаривать?

Китайская кружка

В отличие от многих стран Африки к югу от Сахары Камерун – государство с развитой демократической системой и стабильным правительством, которое, уверяет Солодовский, многое сделало для того, чтобы иностранным деньгам было здесь комфортно. В частности, защитило инвестированные капиталы государственными гарантиями. В прежние годы правительство действительно не очень охотно допускало иностранцев к разработке местных богатейших природных ресурсов, соглашается он, но на поверку эта политика оказалась весьма мудрой. «Благодаря этому Камерун до сих пор избегал серьезных вооруженных конфликтов за обладание местным сырьем, которые мы видим в других местах этого региона. До сих пор там можно встретить людей с отрубленной по запястье или по локоть рукой – в основном это иммигранты из других стран: так повстанцы и партизаны разных мастей наказывают население за сотрудничество с официальными властями», – отмечает он.

Всплеск интереса западных инвесторов к Камеруну, который является воротами в Центральную Африку, Солодовский объясняет и большим количеством свободных денег в развитых странах при явном дефиците возможностей их прибыльного вложения у себя дома. Однако может статься, что уже в обозримой перспективе первую скрипку здесь будут играть не Европа или США, а Китай, стремительно наращивающий свое присутствие на Африканском континенте. Примерно четыре-пять лет назад оно стало ощущаться и в Камеруне.

То, что экспансия Поднебесной – это очень серьезно, сам Солодовский осознал после того, как однажды увидел китайца, преспокойно следовавшего за его машиной в качестве пассажира на мопеде – самом дешевом и опасном виде транспорта, которым до этого здесь пользовалось исключительно самое бедное местное население (одна поездка – около пяти центов).

Как правило, они «высаживаются» на место целой командой, рассыпаются по окрестностям и начинают действовать, рассказывает он о подмеченной им тактике китайцев. Причем в гостинице селится только «бригадир» – где ночуют и питаются остальные, не знает никто. «Я сам был свидетелем того, как каждое утро она (это была женщина) давала им инструкции в лобби, после чего те расходились по каким-то своим делам», – говорит Солодовский.

По каким именно? Об этом можно судить по такому примеру. До появления китайцев алмазы весом менее одного карата в Камеруне не имели цены. То есть буквально – не стоили ничего, поскольку никого здесь не интересовали. Сегодня выходцы из Поднебесной скупают эти камни килограммами. Причем для их взвешивания привезли специальные весы, где в качестве мерных чашек используются лит­ровые банки или кружки.

По словам Солодовского, китайская экспансия уже вызывает немалую тревогу у местных властей. Более того, они были бы не прочь «уравновесить» ее за счет привлечения инвесторов из России и других развивающихся стран. Сам же он готов помочь международному бизнесу утвердиться на центральноафриканской земле, взяв на себя роль того самого лоцмана. Правда, оговаривается, что если предложенный проект окажется достаточно интересным, чтобы убедить его бросить российские севера. И если это произойдет, то, вероятно, во время нашей следующей встречи я буду мечтать уже не о чашке горячего чая, а о стакане холодной колы со льдом.


Российский след в африканской политике

Лидеры государств Африки, окончившие российские вузы


Хификепунье Похамба

Президент Намибии

Выпускник МГУ им. Ломоносова



Юсуф Салех Аббас

Экс-премьер-министр

Республики Чад

Выпускник факультета экономики и права Российского университета дружбы народов



Рубен Нсуе Мейе

Экс-министр юстиции Экваториальной Гвинеи

Выпускник Российского университета дружбы народов



Амаду Тумани Туре

Экс-президент Мали

Выпускник Рязанского училища ВДВ



Жанна д’Арк Мужавамария

Экс-министр образования Руанды

Выпускница факультета физико-математических и естественных наук Российского университета дружбы народов



Абдикасим Салад Хасан

Экс-президент Сомали

Выпускник биологического факультета МГУ им. Ломоносова



Табо Мбеки

Экс-президент ЮАР

Выпускник Института общественных наук при ЦК КПСС



Абдраман Силла

Бывший заместитель председателя Национального собрания Мали

Выпускник историко-филологического факультета Российского университета дружбы народов



Хосни Мубарак

Экс-президент Египта

Выпускник адъюнктуры Военной академии им. Фрунзе в Москве

Официальные партнеры

Logo nkibrics Logo dm arct Logo fond gh Logo palata Logo palatarb Logo rc Logo mkr Logo mp