Ставка на демографию

Width 250px rtx1tstq fmt

Отказываясь от исчерпавшего себя принципа «Одна семья – один ребенок», власти Китая рассчитывают устранить накопленные за почти четыре десятилетия действия этой политики социально-демографические дисбалансы и подхлестнуть рост экономики, способствуя ее качественному структурному изменению. Однако одной только ставки на демографию в решении этих проблем, скорее всего, будет недостаточно.

В конце октября Пятый пленум Цент­рального комитета Коммунистической партии Китая 18-го созыва принял принципиальное решение о завершении национальной программы по регулированию рождаемости «Одна семья – один ребенок». С этого момента все супружеские пары в Поднебесной получают законное право заводить двух детей. Таким образом в КНР окончательно подводят черту под без малого сорокалетним периодом жесткого контроля над рождаемостью, вызывавшего множество споров и неоднозначных оценок как внутри страны, так и за ее пределами.

Изменения в демографической политике, в своем нынешнем виде приводящей к быстрому старению населения и в перспективе к быстрому сокращению трудовых ресурсов, в КНР объективно назрели. Так, численность трудоспособного населения с 2013 по 2015 год в Китае сократилась на 3,7 млн человек. При этом, по прогнозам ООН, к 2050 году доля китайцев в возрасте старше 60 лет вырастет примерно до 30%, притом что еще в 2010 году она составляла только 12%. Смена демографических приоритетов призвана переломить эту тенденцию.


Продолжение политики «Одна семья – один ребенок» могло увеличить гендерный дисбаланс в местном обществе. Традиционно китаянки из патриархальных семей, предпочитающие рождение мальчика, нередко делали аборты, узнав, что будущий ребенок – девочка. Введенные китайскими властями в этой связи ограничения на обследования УЗИ привели лишь к появлению нелегального рынка диагностических услуг

Действительно, согласно многим экспертным оценкам, в случае сохранения старой политики «Одна семья – один ребенок» текущие демографические и социальные тенденции неизбежно начнут оказывать негативное влияние не только на институт семьи, но и на дальнейшее экономическое развитие всего Китая. Диспропорция в количестве налогоплательщиков и пенсионеров будет углубляться, а соответственно, налоговое бремя трудоспособного населения начнет с течением времени возрастать. Более того, так называемый эффект старения населения в перспективе станет оказывать растущее давление на социальный бюджет китайского государства ввиду взятого властями курса на расширение охвата населения Китая системой пенсионного страхования.

Продолжение политики «Одна семья – один ребенок» также могло увеличивать и гендерный дисбаланс. Традиционно китаянки из патриархальных семей, предпочитающие рождение мальчика, нередко делали аборты, узнав, что будущий ребенок – девочка. Введенные китайскими властями в этой связи ограничения на обследования УЗИ привели лишь к появлению нелегального рынка диагностических услуг. Избыток мужчин, не имеющих перспектив найти себе пару и жениться, нередко рассматривается экспертами в качестве потенциального фактора социальной нестабильности. Впрочем, сегодня эта диспропорция пока еще не носит критического характера: соотношение мужчин и женщин в Китае (по данным за 2013 год) составляло примерно 51 к 49.

Согласно одному из исследований, опубликованному в журнале Science, политика «Одна семья – один ребенок» оказала негативное влияние даже на психологию родившихся с конца 1970-х годов китайцев, сделав их эгоистичными, не склонными к риску и конкуренции.

Отказ от политики «Одна семья – один ребенок», как надеются в китайском руководстве, будет способствовать преодолению этих социально-демографических тенденций. Но, возможно, еще важнее – надежда на улучшение дел в экономике. Так, в умах политической элиты страны окрепла идея о том, что, в отличие от ситуации конца 1970-х, сегодня ВВП Китая может расти лишь при условии сохранения на нынешнем уровне или роста народонаселения Поднебесной. По оценкам китайских экономистов, для обеспечения сбалансированного социально-экономического развития страны необходимо поддерживать уровень численности населения в пределах 1,5 млрд человек (сегодня она не превышает 1,36 млрд человек), а коэффициент рождаемости – 1,8 (текущий показатель, по разным оценкам, находится в пределах 1,2–1,6).

Не менее важно и то, что, переходя к новой демографической парадигме, китайские власти стремятся придать экономике новое качество, стимулируя потребление внутри страны за счет рождения большего количества детей. Так, заявленное после мирового финан­сово-экономического кризиса 2008–2009 годов изменение модели экономического роста в Китае включает такую важнейшую составляющую, как отказ от опоры на экспорт китайских товаров в пользу стимулирования внутреннего потребления. Прекращение программы ограничения рождаемости, как ожидается, будет способствовать увеличению внутреннего спроса на детские товары, детское питание, музыкальные инструменты и прочее, а также на услуги образования, здраво­охранения и жилье.

Но насколько бы благими ни выглядели намерения китайских властей, есть серьезные поводы сомневаться в их осуществимости как в плане существенного увеличения прироста населения КНР, так и решения текущих социально-экономических проблем за этот счет. Дело в том, что за прошедшие десятилетия в Китае произошли глубокие изменения в соотношении численности жителей в деревнях и в городах (из-за урбанизации число горожан стремительно растет), менталитете и степени религиозности китайцев, традиционной склонности местных семей к многодетности. В конце концов, с известной долей условности можно даже говорить о том, что сформировалась привычка иметь одного ребенка в семье. Также обозначился и ряд новых факторов, влияющих на осознанный выбор количества детей семейными парами. Например, при планировании семьи многие учитывают высокие расходы на их воспитание и образование. Весьма красноречив тот факт, что предпринятая в 2013 году либерализация политики рождаемости (второго ребенка позволили заводить супругам, если один из них сам является единственным ребенком в семье) пока так и не привела к ожидаемому демографическому взрыву. Так, по данным на конец мая 2015 года, только 1,45 млн из 11 млн таких пар изъявили намерение завести второго ребенка.

В этой связи можно предположить, что окончательный отказ от старой демографической политики «Одна семья – один ребенок» едва ли приведет к серьезным сдвигам в демографической ситуации в Китае в пользу увеличения рождаемости в среднесрочной и даже долгосрочной перспективе. Также маловероятно, что он сможет стать и одним из новых драйверов экономического роста КНР, поиском которых сейчас озабочено руководство страны. Для этого придется найти другие подходы: одной только ставкой на улучшение демографии эту проблему точно не решить.

Материал подготовлен совместно
с Фондом Горчакова.

Официальные партнеры

Logo nkibrics Logo dm arct Logo fond gh Logo palata Logo palatarb Logo rc Logo mkr Logo mp