Что мы будем есть?

Width 250px rtx1nvev e143999988236 opt

Общественность любит рассуждать о том, чем население Земли будет питаться через несколько десятилетий. Выдвигается множество разных идей о том, как будут меняться продукты питания. Высокий уровень бедности в одних странах и еще более высокий процент людей, страдающих от ожирения, в других, а также глобальное потепление не оставляют нам шансов: стиль питания и состав продуктов, к которым мы сегодня привыкли, претерпят существенные изменения.

Так сложилось исторически, что повышение благосостояния ведет к изменению модели потребления, при этом, в частности, съедается больше мяса и других ресурсоемких продуктов, таких как сыры и яйца. Вопрос состоит в том, насколько эти исторические тенденции сохранятся в будущем.

Два фактора могут повлиять на ситуацию. Во-первых, в глобальном масштабе сейчас число людей с нездоровым весом превышает количество людей со здоровым. В то же время исторически существовавшая опасность голода постепенно отступает, а плохое питание все чаще ассоци­ируется с избыточным весом и тучностью, что бросает новые диетологические вызовы. Таким образом, именно создание новой политики здорового питания способно повлиять на разработку новых диет и изменение пищевых цепочек.

Во-вторых, Парижское соглашение об изменении климата обязывает страны-участницы заботиться о том, чтобы рост среднегодовой температуры на планете не превысил двух градусов по шкале Цельсия по сравнению с доиндустриальным уровнем. Учитывая, что пищевые системы – выращивание продуктов питания, их подготовка и транспортировка, приготовление, потребление и утилизация пищи – приносят примерно около трети выбросов парниковых газов, то только пищевые продукты сами по себе способны «съесть» весь углеродный бюджет Парижского соглашения. Как писали многие, наиболее эффективный способ обезуглеродить пищевую цепочку – снизить потребление продуктов, вызывающих повышенное выделение парниковых газов, в особенности мяса.


Еще одна особенность нашего мира заключается в том, что в то время как некоторым странам требуется как можно больше пищи, другие страдают от того, что едят слишком много неправильных продуктов и отравляют природу продовольственными свалками. Многие наблюдатели говорят, что нам скорее нужна модель «согласия и сотрудничества», или, как выразительно сформулировал профессор кафед­ры питания Лондонского городского университета Тим Лэнг: «Богатые должны есть меньше и питаться иначе, чтобы бедные могли есть больше и питаться иначе».

Наряду с неопределенностью по поводу того, как будет развиваться мировое потребление, существует и неуверенность относительно того, как будет расти производство. С момента начала «зеленой революции» человечество сфокусировалось на том, чтобы производить относительно небольшой ассортимент сырьевых культур – маиса, пшеницы, риса, сои, пальмового масла – во все больших количествах и с возрастающей технической эффективностью. Это означает, что «широкомасштабное» сельское хозяйство может производить дешевые пищевые калории.

Для многих продукты питания стали дешевле, чем когда-либо (относительно уровня доходов). Это позволяет нам одновременно и есть больше, и выбрасывать больше. При этом каким бы эффективным ни стало сельское хозяйство, оно создает значительные нагрузки на окружающую среду. В особенности это касается подрыва здоровья почв, снижения качества воды и падения биоразнообразия.

Так что же мы будем есть в 2030 году? Я думаю, спрос будет смещаться и все больше людей захотят перейти на здоровые диеты, которые требуют меньше ресурсов и дают меньшее количество отходов. Признак этого – движения за натуральные продукты, органическую, традиционную и «настоящую» еду, правда, пока только для богатых и посвященных. Но все же, на мой взгляд, эта тенденция сохранится и расширится в будущем, и наши диеты будут включать больше овощей и фруктов, цельнозерновой и вегетарианской пищи, а также новые альтернативы (продукты из сои, возможно, насекомых или искусственное мясо) и меньше жареных блюд и сахара. Мы по-прежнему будем есть мясо, но, вероятно, как наши деды когда-то, будем лишь смаковать его раз в несколько дней.

Для бедной части мира, как показывают исследования, полноценное питание гораздо важнее, чем потребление высококалорийной пищи. Таким образом, весьма возможно, что сырьевые культуры (маис, пшеница, сахар, масло) по-прежнему будут основой мировой пищевой цепочки, но найдутся иные способы их переработки, приносящие больше пользы организму. Здесь также может применяться обогащение (или биообогащение), когда питательные вещества встраиваются в продукт либо биологически, либо технологически. Произойдет также значительное изменение формул знакомых нам блюд в сторону уменьшения калорийности и большего разнообразия питательных веществ. «Ультрапродукты» (продукты, прошедшие сложную обработку) не должны быть вредными.

Хотя сегодня появились признаки отхода от глобализации, ее многочисленные преимущества обещают, что исторически сложившееся разделение между развитыми и развивающимися странами будет стираться, а проблемы для всех стран сведутся к тому, как сделать доступными соответствующие местным культурам здоровые диеты, которые смогут позволить себе даже бедные. Сюда будут входить и местные пищевые продукты, и продукты, приво­зимые издалека. Пищевые системы, вероятно, станут более многообразными по мере одновременного расширения рынков местной «настоящей» еды, а также питательных продуктов быстрого приготовления. Это не выбор между «органическим миром» и «миром большого сельского хозяйства» – они будут сосуществовать друг с другом. Но нам нужно более полноценное питание, нам нужно сократить потери и повысить экологическую рациональность, иначе в будущем мы столкнемся с еще большим числом проблем.

Серия статей «Мир 2030: прогнозы» перепечатана журналом BRICS Business Magazine с разрешения Всемирного экономического форума.

Официальные партнеры

Logo nkibrics Logo dm arct Logo fond gh Logo palata Logo palatarb Logo rc Logo mkr Logo mp