БРИКС в образовательной вселенной

Бывший главный экономист Goldman Sachs Джим О’Нил, придумавший в 2001 году аббревиатуру БРИК, предсказал: к 2041 году страны клуба обгонят шесть крупнейших западных экономик. Но без доступа к знаниям и качественному образованию экономический рост невозможен. Ежегодный международный рэнкинг университетов QS ранжирует университеты всех стран, чтобы выявить идеальные. Отыскать в последнем списке представителей БРИКС пытается Джейн Плейдон.

Адъюнкт-профессор Школы международных и государственных отношений при Колумбийском университете и содиректор созданного при ней исследовательско-образовательного центра BRICLab Кристиан Дезеглиз, выступая в ноябре прошлого года на конференции «БРИК: в поисках глобального роста», говорил о стремительном прогрессе экономик объединения. По словам исследователя, с 2001 года мировой номинальный ВВП увеличился – и на треть обязан этим участникам клуба. Такая цифра почти вдвое больше аналогичного показателя за предыдущее десятилетие, отмечал Дезеглиз, а с 2008 года доля стран БРИК в мировом показателе стабильно составляет 55%.

Но коллега адъюнкт-профессора Маркос Тройхо утверждает, что драйвером изменений стали сравнительные преимущества, а будущие перемены потребуют преимуществ, которые ближе к конкурентным.

Определение конкурентного преимущества

Всемирный экономический форум (ВЭФ) характеризует конкурентоспособность как «комплекс структур, установок властей и факторов производства, от которых зависит уровень производительности экономики». Этот уровень, в свою очередь, определяет степень процветания страны. Чтобы рассчитать значение мирового индекса конкурентоспособности (МИК) для какого-либо государства, ВЭФ рассматривает множество компонентов, сгруппированных в 12 «основ конкурентоспособности». Одну из них, пятую по счету, составляет высшее образование.

Вся дюжина основ взаимосвязана: негативные результаты в одной области влияют на результаты в других. Но вес каждой варьируется от страны к стране и зависит от стадии ее экономического развития. Участники БРИКС (в том числе и Южная Африка) сгруппированы вместе как быстрорастущие экономики, которые в будущем могут изменить экономический и торговый ландшафты. Однако в мировом рейтинге конкурентоспособности за 2013–2014 годы ВЭФ указывает, что стадии развития у них разные. Так, Бразилия и Россия находятся на этапе перехода в высшую, третью стадию: к экономике, основанной на инновациях. Индия пока что на первой стадии: экономика страны основана на факторах производства, и ее конкурентоспособность зависит от базовых критериев. Китай и ЮАР расположились посередине, во второй стадии, демонстрируя экономику, основанную на эффективности.

В мировом индексе конкурентоспособности высшее образование и подготовка имеют больший вес у экономик, основанных на эффективности и инновациях (то есть вторая и третья стадии). В последнем случае акцент ставится на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а также на сотрудничество университетов с промышленными предприятиями.

Среди стран БРИКС наивысшую оценку в сфере высшего образования и подготовки получила Российская Федерация, занимающая в соответствующем разделе МИК 47-е место из 148. Китай – второй (общее 70-е место), затем следуют Бразилия (72-е), ЮАР (89-е) и Индия (91-е).

Так насколько же эта связь между высшим образованием и экономическим развитием прослеживается в рэнкинге QS за 2013–2014 годы? Давайте рассмотрим последние данные, которые расскажут нам об успехах БРИКС в этой области.

Результаты БРИКС

Международный рэнкинг университетов по версии Quacquarelli Symonds в настоящее время охватывает 800 мировых вузов, что на 100 больше, чем годом ранее. Бразилия и Россия – страны, переходящие от экономики эффективности к экономике инноваций, – вошли в глобальную десятку по количеству новичков в рэнкинге. Бразилия стала по этому показателю третьей – в рэнкинг этого года вошли десять вузов страны, Россия – девятой, пополнив исследование четырьмя университетами. Китай и ЮАР добавили по два новых участника, а Индия сохранила свои прошлогодние позиции, не прибавив новичков, но и не лишившись бывалых участников.

Рэнкинг оценивает показатели университетов в четырех ключевых областях: научно-исследовательская работа, трудоустраиваемость выпускников, преподавание и интернационализация. Оценка QS ориентируется на шесть критериев: репутация в академической среде, репутация у работодателей, отношение численности профессорско-преподавательского состава к числу студентов, цитируемость преподавателей и научных сотрудников, доля иностранных преподавателей и научных сотрудников и доля иностранных студентов.

Репутация рассчитывается исходя из результатов опросов мировых профессоров, преподавателей и работодателей. Своими мнениями о заведениях, проводящих лучшую в своих сферах научно-исследовательскую работу, в этом году поделились 62 094 представителя академической среды, а 27 957 работодателей назвали университеты, чьих выпускников они считают лучшими. Директор QS по Восточной Европе и Центральной Азии Зоя Зайцева призывает университеты БРИКС обратить пристальное внимание на эти индикаторы и добиться, чтобы число экспертов, знакомых с национальными системами высшего образования, повысилось. Пока большая часть ответов продолжает поступать из США и Западной Европы.

В топ-400 последнего рэнкинга от России и Индии попали по пять заведений, от Бразилии и ЮАР – по три, от Китая – 11. Из десяти лучших университетов БРИКС китайских – целых семь. Остальные три – бразильский, российский и южноафриканский вузы.

Лидеры категорий

Китайские заведения по-прежнему имеют лучшую в БРИКС репутацию в академической среде и у работодателей. Разброс мест, занятых ими по этим показателям, – с 19-го по 600-е. Однако большинство за год сдали позиции.

Российские университеты заработали довольно неплохую репутацию (разброс мест – с 83-го по 800-е), а четыре лидера улучшили ее среди профессоров и преподавателей.

У бразильских вузов разброс мест в обеих категориях репутации – с 51-го по 800-е. При этом большинство результатов повысились. У индийских заведений аналогичный интервал составил 75–700, большая их часть за год скатилась. Между тем все ранжированные представители ЮАР выросли в плане академической репутации, однако ухудшили оценку своих работодателей (разброс мест в обеих группах – со 142-го по 650-е).

Российские участники рэнкинга хоть и оказались в целом сильны репутацией, но лучше всего проявили себя в вопросе отношения численности профессорско-преподавательского состава к количеству студентов. По этому показателю большинство вузов попали в топ-200. Однако такая цифра не определяет качество преподавания, а скорее указывает на хороший уровень внимания, которое уделяется каждому. В целом это говорит о весьма ответственном подходе к преподаванию.

Высокого отношения численности профессорско-преподавательского состава к количеству студентов российские университеты достигли несмотря на тот факт, что, по последним данным ОЭСР, в 2010 году расходы страны на высшее образование составили 7039 долларов из расчета на одного студента. Это заметно ниже, чем в среднем по странам, входящим в ОЭСР (13 528 долларов). Однако, по тем же данным, эти 7039 долларов равны 1,6% ВВП, что в целом сопоставимо с расходами членов ОЭСР, многие из которых – экономики инноваций.

Топ-200 того же раздела рэнкинга насчитывает три бразильских заведения. Впрочем, половина представителей латиноамериканского государства не попали и в топ-400: результаты многих вузов упали. От Индии и ЮАР в первых четырех сотнях никого нет, и показатели обеих стран в категории ухудшились. Китайских университетов в топ-200 – пять, а за пределами топ-400 – 11. Впрочем, до прошлогоднего уровня большинство результатов университетов Поднебесной опять же недотягивают.

Пострадал в странах БРИКС и процент иностранных студентов. Из всего объединения только Россия и ЮАР имеют представительство в топ-400 по этому показателю. Такой результат согласуется со статистикой ОЭСР, в соответствии с которой с 2005 по 2011 год число зарубежных учащихся в российских вузах выросло на 90%. Но свои показатели за год улучшили лишь трое из 18 участников от России, остальные – ухудшили. Из южноафриканских заведений также никто успешнее не стал.

Россия стала лучшей из БРИКС и по доле студентов в соответствующей возрастной группе. Согласно мировому рейтингу конкурентоспособности от ВЭФ за 2013–2014 годы, в прошлом году эта доля составляла в России 75,9% (14-е место в мире). У Бразилии, Китая, Индии и ЮАР было 25,6, 26,8, 17,9 и 15,4% соответственно. А по данным ОЭСР за 2011 год, высшее образование в России имеют 53% людей в возрасте от 25 до 64 лет, что заметно выше, чем в среднем по самим странам ОЭСР (31%).

Общая ситуация с цитируемостью преподавателей и научных сотрудников – то есть с влиянием в научно-исследовательской среде – ухудшилась у всех стран БРИКС, за исключением Индии. Семь топовых университетов Китая проявили себя хорошо, а вот остальные его вузы за прошедший год имели не столь хорошие результаты.

Итак, международный рэнкинг университетов по версии Quacquarelli Symonds выделяет сильные и слабые стороны систем высшего образования, действующих в БРИКС. Бразилия и Китай могут похвастать репутацией выпускников у работодателей, а вместе с ЮАР еще и академической репутацией вузов. В Индии высоки показатели цитируемости, а в России – отношения численности профессорско-преподавательского состава к числу студентов и сравнительного количества иностранных учащихся. Но ключевая область, в которой всем этим странам нужно поднимать планку, – это интернационализация в целом.

Джейн Плейдон – автор TopUniversities.com.
Полная последняя версия международного рэнкинга университетов от Quacquarelli Symonds доступна на сайте:
www.topuniversities.com/Rankings

 

Официальные партнеры

Logo nkibrics Logo dm arct Logo fond gh Logo palata Logo palatarb Logo rc Logo mkr Logo mp